Главная Статьи В кругу великих. Хазон Иш. Как единственный сын

В кругу великих. Хазон Иш. Как единственный сын

E-mail Печать PDF

Рав Шломо Лоренц — В кругу великих

Рассказывал большой мудрец Торы, р. Х. Хайкин:

«В 5691 (1931) г. мы, несколько молодых людей из ешивы (в городке) Радин (которой руководил Хафец Хаим), находились в курортном городке Неменчин, неподалеку от Вильно, чтобы отдохнуть и побыть вблизи великого мудреца Торы, р. Х О. Гродзенского из Вильно. Были там также великий мудрец Торы, р. Эльханан Васерман из Барановичей и Хазон Иш.

Когда нас встретил мой наставник и учитель, р. Э. Васерман, его первым вопросом был следующий: “Навестили ли вы уже Хазон Иша?”

Разумеется, мы сразу же отправились к нему и немного побыли с ним. После этого мои товарищи вернулись к себе, а я, как его земляк, остался в его комнате. Я страдал тогда от легкой простуды и посреди разговора с ним почувствовал головную боль. Когда она усилилась, у меня вырвались слова: “У меня немного болит голова”…

Хазон Иш тут же вышел из комнаты. Я не понял, почему, но не прошло и нескольких мгновений, как он вернулся с термометром и попросил меня измерить температуру.

Я был потрясен этим, — как величайший из великих мудрецов превращает себя в слугу ради молодого из молодых! Ведь это была не болезнь или что-либо похожее на нее; но наш учитель беспокоился о здоровье другого человека, как заботливый отец — о здоровье своего единственного сына; он старался успокоить его и как можно скорее избавить от боли и неудобств».


Есть еще в Торе особое свойство: свет, непостижимый человеческим умом. Этот особый свет освещает и очищает душу человека, позволяя ему узреть свет, сияние и сладостность доброго разумения и мудрости, — и тогда человек полюбит скромность по самой природе своей и возненавидит гордыню в силу самой природы своей; полюбит щедрость и милосердие естественным образом и возненавидит жестокость; полюбит кротость и терпение и возненавидит гнев… И это потому, что все стремление и упование мудреца — исправить свои душевные качества.

(Эмуна увитахон, 4:15)