Главная Статьи Дерех Хаим 23. Комментарий Маараля на трактат Авот. 2:6

Дерех Хаим 23. Комментарий Маараля на трактат Авот. 2:6

E-mail Печать PDF

 Маараль из Праги  — Дерех Хаим 23. Комментарий Маараля на трактат Авот. 2:6

Мудрец Гилель, известный своим правилом «Не делай другим то, что тебе самому неприятно», сформулировал очередную закономерность. Судьба человека в этом мире напрямую зависит от его отношения к другим людям.

2:6

Он также увидел (однажды) череп, плывущий по воде. Сказал ему: «За то, что ты топил, тебя утопили, и тех, кто утопил тебя, в конце тоже утопят!»

Он также увидел… Следует задаться вопросом: разве сделанный Гилелем вывод определяется именно тем, что череп плыл по воде? Если бы он увидел такой же череп, но лежащий на земле, разве он не мог бы сказать то же самое? А если дело не в воде, то непонятно вот что. Мы знаем, что Хуцпит-толкователь (один из десяти казненных римлянами мудрецов) был убит мечом, и его голова покатилась по земле, так что язык, (столько лет произносивший святые слова Торы), лизал пыль. Неужели (у кого-то повернется язык) сказать, что Хуцпит сам когда-то убил человека, и за это теперь убили его самого?! И все остальные праведники, казненные по приказу нечестивых властей, — неужели мы скажем про них за то, что ты топил, тебя утопили?!

Дело вот в чем. Рассказ мишны следует понимать так. Когда мишна утверждает, что Гилель увидел череп, плывущий по воде, не следует думать, что это был настоящий череп, плывущий по настоящей воде. На самом деле Гилель узнал, что некоего человека как будто захлестнул потоп, то есть, он погиб, ничего и никого не оставив после себя, так что всякая память о нем стерлась. Поэтому мишна говорит о черепе, плывущем по воде: вода символизирует смывание бушующим разливом, а череп — голову, то есть, самую главную часть человека, подобную корню дерева. Мы уже несколько раз говорили, что человек подобен полевому дереву, а корень и основа его — это голова; и здесь не место разбирать это подробнее.

Итак, Гилель говорит о человеке, который был «выкорчеван из мира с корнями», то есть, не просто погиб, но и не оставил после себя никакой памяти в Израиле. С праведниками такого не может произойти: даже когда праведник умирает, его по-прежнему вспоминают с благословением, и нельзя сказать, что его как бы смыло водой. Когда мы говорим про человека, которого «унесло водой», мы имеем в виду, что человек смыт, уничтожен полностью, и ни имени, ни памяти о нем в Израиле не осталось.

(Об этом человеке Гилель) сказал: За то, что ты топил, тебя утопили. Если бы этот человек не уничтожал других, он и сам не был бы уничтожен. Раз говорится о полном уничтожении, значит, и сама жертва с кем-то поступила так же, и за это с нею так обошлись. И такая закономерность, по-видимому, относится именно к уничтожению потопом: то, что смывает, потом смывается само.

Ведь та вода, которая что-то смыла, потом сама смывается следующей волной, идущей за нею следом! И так происходит постоянно: то, что смывает, затем сразу же смывается само. Именно поэтому мишна говорит о черепе, плывущем по воде, а не просто о черепе — ведь то явление, на которое она хочет указать, характерно только для воды. Только вода может смыть нечто силой, и только с водой происходит так, что смывающая волна сама тут же смывается следующей. Другими словами, Гилель имеет в виду, что нечто «смыло» человека и уничтожило его. Поэтому он и сделал столь непреложный вывод, что если бы этот человек не «смыл», не уничтожил кого-то другого, то и сам не был бы уничтожен. Но раз он сам поступил так, он приобрел свойство смывающей воды, в которой та часть, которая смывает что-то, сразу же уничтожается следующей волной. И этот человек, убивающий других, сразу же, в согласии с этим свойством воды, был убит теми, кто пришел вслед за ним; и они тоже, в свою очередь, будут смыты и уничтожены, как происходит с водой. Причина всего этого — сила уничтожения, толкающая жертву к исчезновению и потому пропадающая и сама. Так и следует понимать слова Гилеля за то, что ты топил, и тебя утопили. «Ты уничтожил кого-то, напав на него и доведя его до полного исчезновения, поэтому и сам будешь уничтожен силой. Ты (связал свою душу) со способностью уничтожать без следа, а потому и сам оказался уничтоженным», — и вдумайся в это.

Но тогда у тебя должен возникнуть вопрос: а кого же смыл тот, кто был смыт самым первым? Ведь непременно кто-то был уничтожен самым первым в истории! А если ты предположишь, что он тоже как-то согрешил и потому был уничтожен, тогда почему же Гилель был так твердо уверен, что за то, что ты топил, и тебя утопили? Может быть, этот человек тоже был виновен в чем-то другом?! На этот вопрос следует ответить так. Несомненно, первый уничтоженный потерпел наказание за свой грех: ведь многих злодеев Б-г уничтожает! Тогда почему же Гилель сказал этому черепу: за то, что ты топил, и тебя утопили, — а не сказал просто: «Ты пострадал из-за того, что был злодеем»? Потому, что он увидел череп, плывущий по воде, то есть, узнал, что человек не просто уничтожен, а «выкорчеван» полностью, как мы уже разъясняли. А это уже может быть связано только с тем, что он сам уничтожил кого-то другого. Ведь за грех человек если и будет уничтожен, не будет совершенно стерт с лица земли! Но первый «смытый» был не таков: он был уничтожен за свой грех, и его уничтожение не было таким абсолютным, и (символом его не был бы) череп, плывущий по воде.

А почему Гилель обратился к нему во втором лице: за то, что ты топил… — а не сказал просто: «За то, что он топил, его утопили»? Дело в том, что Гилель обращался к самому этому черепу, плывущему по воде, и именно ему сказал: «Ты, который плывет по воде, — за то, что ты топил…» Он собирался сказать это именно тому черепу, что плыл по воде: если бы он увидел череп лежащим на земле, он бы ему такого не сказал.

И теперь все вопросы получили свое разъяснение. Понятно стало и то, почему многие убийцы умерли в своей постели.

Ведь здесь речь идет именно о том черепе, который плывет по воде, то есть, о таком убийце, который действовал с исключительной жестокостью и уничтожил свою жертву полностью, «выкорчевал» ее. Именно ему сказал Гилель: За то, что ты топил, тебя утопили; — другому убийце он бы этого не сказал! Но и без этого объяснения ответ ясен. Гилель сказал черепу так: «Ты топил, и за это утопили тебя; и тех, кто утопил тебя, в конце концов, тоже утопят. И если они выживут в этом мире, с тем большей неизбежностью погибнут в мире будущем». Они будут уничтожены в любом случае. (В этом смысле) любое наказание, приходящее мощно и неотвратимо, называется «потопом». И предыдущий вопрос о том, кого же «утопил» первый «утопленный», теперь тоже не вызывает затруднений. Хотя, разумеется, можно предположить, что (тот погибший грешник, к которому обращается Гилель), был «смыт» из-за (другого) греха, более вероятным будет предположение, что его утопили за то, что он сам кого-то утопил. Ведь «смывание потопом» подобает тому, кто сам поступал так же! Поэтому мы не следуем за менее вероятным предположением. Об этом же говорит Талмуд (Брахот 5а): «Если человек видит, что (с Небес) на него насылают страдания, пусть исследует свои поступки, а если не найдет в них (преступления), пусть считает, что (провинился тем), что пренебрегал Торой». Талмуд говорит, что в первую очередь следует предполагать, что (страданиями человек наказан) за грех, чем исходить из чего-то другого, поскольку более естественно, что страдания ниспосылаются человеку ради искупления греха. Так и здесь: Гилель следует в первую очередь наиболее естественному предположению из-за того, что ты топил…, хотя первый «утопленный», несомненно, получил это возмездие за другой грех. Таким образом, вопроса больше не возникает.

Теперь стало понятно и еще и то, почему Гилель использует множественное число: тебя утопили, и тех, кто утопил тебя, в конце тоже утопят? Это — тоже наиболее естественное предположение: в одиночку человек вряд ли может уничтожить другого так, чтобы о нем не осталось и памяти, поэтому Гилель и предполагает, что их было несколько. Однако есть и еще одна причина, по которой Гилель воспользовался множественным числом. Он имел в виду подтвердить правильность нашего объяснения и сказать, что речь идет именно о смывающей и уничтожающей воде. Само же слово «вода» на Святом языке стоит всегда во множественном числе, а в единственном нигде не встречается. И в Теилим (32) тоже сказано, что праведник избежит «разлива многих вод». Дело в том, что «смывание потопом» не может быть связано с деяниями одного человека, поскольку он не в состоянии совершить нечто столь всеобъемлющее. Поэтому «смывает» только вода, которая состоит из множества частей, распространяющихся во все стороны и захлестывающих все на своем пути; и это ясно.